Президентские выборы вызвали широкий резонанс в грузинском обществе. Впервые главу государства выбрал не народ, а коллегия из 300 выборщиков — депутатов и представителей органов местного самоуправления. С самого утра у здания парламента в Тбилиси собрались протестующие. Многие из них принесли с собой дипломы — так они выразили протест против того, что единственный кандидат в президенты, Михаил Кавелашвили, не имеет высшего образования. Сам Кавелашвили не раз заявлял, что высшее образование «не обязательно». Дмитрий Шашкин, бывший министр в правительстве Грузии, отметил в комментарии NEXTA, что его выдвижение на президентский пост стало возможным благодаря поддержке Бидзины Иванишвили, крупного грузинского олигарха и основателя пророссийской партии «Грузинская мечта».
Выборы в новом формате — результат изменений конституции, который инициировала партия Иванишвили. Оппозиция называет эти изменения шагом к авторитаризму, так как полномочия президента по новой системе свели к минимуму, а сами выборы перестали быть демократическими.
Много вопросов и к легитимности нового парламента, который выбрал главу страны — оппозиция не признаёт результаты последних парламентских выборов. По официальным данным, победу на них одержала пророссийская партия «Грузинская мечта», но независимые экзитполы говорят, что победила оппозиция. Активисты сообщали о многочисленных нарушениях на избирательных участках — фальсификациях, вбросах, запугиваниях. Действующий президент Саломе Зурабишвили заявила о намерении сохранять за собой нынешний пост до выборов легитимного парламента.
Всё это стало катализатором протестов, которые продолжаются в Грузии уже более двух недель. Масштабные акции начались в Тбилиси и других городах Грузии после заявления премьер-министра Ираклия Кобахидзе, что республика до конца 2028 года не приступит к переговорам о вступлении в ЕС. 28 ноября Кобахидзе заявил, что некоторые европейские политики вмешиваются во внутренние дела Грузии и якобы шантажируют Тбилиси грантами. «Принимая всё это во внимание, мы решили не ставить вопрос о начале переговоров с ЕС на обсуждение до конца 2028 года», — сказал Кобахидзе.
«Политический процесс убит, конституцию Грузии порвали, потому что 78 статья конституции прямо говорит, что любое правительство должно всё делать для вступления в НАТО и в Евросоюз», — отметил Шашкин.
Более 400 человек были задержаны во время демонстраций. Слезоточивый газ, дубинки, аресты, обыски — полиция действует всё более жестоко по отношению к грузинским протестующим.
«То, что правительство сейчас делает, это так называемое правительство, показывает, что они не понимают суть проблемы. Они уже испытали всё, что находится у них в арсенале: резиновые пули, водомёты, дубинки, газ. Затем начались обыски, аресты оппозиционных лидеров. Журналистов избивают в прямом эфире. Всё это говорит о том, что власть находится в растерянности», — добавил Шашкин.
Но митинги с каждым днём только набирают силу. На протяжении 17 дней жители грузинской столицы каждый день выходили на улицы — перекрывали главный проспект Руставели и другие улицы столицы. В масштабных акциях активно участвовали школьники и студенты. Они бойкотировали занятия и даже попытались поставить палатки перед зданием Тбилисского государственного университета. Здания тогда оцепила полиция.
«На улицы вышло поколение Z — дети, рождённые с 1995 по 2010 годы. Это поколение намного быстрее обрабатывает информацию, не подвержено пропаганде. Они получают информацию друг от друга, моментально её перепроверяют, а фейки на них не работают. Мы видим, как пропаганда «Грузинской мечты» рассыпается за несколько минут. Молодёжь борется за своё будущее, которое у них пытаются отнять», — подчеркнул экс-министр.
Шашкин добавил, что грузинское правительство сталкивается не с инструкторами МОСАД или ЦРУ, а с новым поколением, которого они не понимают — и этих людей запугать не получится. Каждый раз, когда правительство применяет силу, количество протестующих только увеличивается. Появление проправительственных «титушек» вызвало настолько сильную агрессию, что протестующие сами начали их вытеснять с улиц.
«Власть не способна поставить себе правильный «диагноз» и вместо решения проблем лишь усугубляет ситуацию», — заключил он.
