Хронология событий
23 октября 2002 года, 21:05 — три микроавтобуса с 40 вооружёнными чеченскими боевиками подъехали к Театральному центру. Террористы быстро взяли здание под свой контроль. Они без труда обезвредили охрану и ворвались в зрительный зал, где продолжалось представление. Среди боевиков были и женщины-смертницы — они сразу начали минировать помещения и угрожать взорвать здание в случае попытки штурма. Зрители, актёры и персонал театра оказались в заложниках — всего 916 человек, среди них 75 детей и 150 иностранцев. До сих пор не утихает вопрос, как террористам удалось провести такую масштабную операцию в Москве — столице России, одном из самых охраняемых городов страны, особенно в условиях чеченской войны. Спустя несколько часов после захвата к месту событий прибыли усиленные наряды милиции, сотрудники ОМОНа и СОБРа, а также представители российских СМИ. Президент России Владимир Путин был лично проинформирован о развитии ситуации.
24-25 октября — террористы озвучили свои требования — вывод российских войск из Чечни и прекращение войны. Депутаты, общественные деятели и правозащитники пошли на переговоры с боевиками, среди них — Борис Немцов, Анна Политковская, Ирина Хакамада, Иосиф Кобзон и Леонид Рошаль. Террористы начали выпускать людей небольшими группами, но в здании продолжали оставаться сотни человек. Условия содержания ухудшались с каждым часом.
26 октября, 05:30 — силовики начали штурм здания. Спецназ применил ядовитый газ, состав которого до сих пор засекречен. По официальным данным, в результате штурма погибло 130 человек, однако независимые источники, такие как организация «Норд-Ост», утверждают, что жертв было намного больше — 174. Большинство заложников погибло не из-за действий террористов, а из-за отравления газом. Медики, которые прибыли на место трагедии, не знали о его составе и у них не было антидотов. Эвакуация также была плохо организована: пострадавших укладывали на спины — из-за этого у них перекрывались дыхательные пути и наступала асфиксия. Это и стало причиной множества смертей.
Последствия
Владимир Путин позже признался, что лично отдавал приказ о штурме. Он также заявлял, что люди погибли не в результате действия газа, который, по его словам, был безвредным, а стали жертвами ряда обстоятельств: обезвоживания, хронических заболеваний, самого факта, что им пришлось оставаться в том здании.
В 2011 году Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ) не согласился с такими доводами российских властей. Суд удовлетворил жалобу 64 потерпевших, которые обвиняли власти РФ в необоснованном применении силы, неоказании заложникам своевременной медицинской помощи и недостаточно эффективном расследовании этого теракта.
«Невозможно представить, как 125 человек разного возраста и физического состояния умерли практически одновременно в одном месте из-за различных хронических заболеваний», — говорится в решении суда.
ЕСЧП присудил пострадавшим компенсации на общую сумму около €1,3 млн. Бывшие заложники продолжают страдать от последствий применения газа — они сообщают о проблемах с памятью, зрением и головных болях. Официально расследования действий властей в России так и не провели.
Оппозиционный политик Борис Немцов отметил, что трагедия на Дубровке была использована властью для ужесточения контроля над СМИ и введения цензуры. Независимые медиа действительно оказались под серьёзным давлением. К примеру, телеканал НТВ, который критиковал действия властей и показал кадры штурма в прямом эфире, подвергся санкциям — гендиректор канала был уволен, неугодные властям программы закрыли. Госдума РФ приняла законы, которые ограничивали обсуждение антитеррористических операций в СМИ. По сути, это положило начало конца свободы слова в России — у россиян становилось всё меньше возможностей узнать альтернативную от властей точку зрения.
